Эпидемиолог рассказал о росте доли молодых людей среди заболевших COVID-19

Заболеваемость коронавирусной инфекцией в России продолжает расти, появляются новые быстро распространяющиеся мутации, вирус «молодеет» — все чаще пациентами стационаров и отделений реанимации становятся молодые люди. И вакцинация по-прежнему является единственным способом победить пандемию COVID-19.

О том, когда в России может быть сформирован коллективный иммунитет к коронавирусу, следует ли ожидать новых антирекордов по ежедневному числу заражений, есть ли риски проникновения в страну новых опасных мутаций, готова ли Россия к осеннему эпидемическому сезону по гриппу, в интервью ТАСС рассказал заместитель директора по научной работе Центрального НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора, член-корреспондент РАН Александр Горелов.

— Александр Васильевич, вы на пресс-конференции в ТАСС 5 июля сказали, что в России сейчас классическая вторая волна, идет рост заболеваемости коронавирусной инфекцией. Может быть, есть какие-то регионы, где наблюдается снижение заболеваемости или стабилизация ситуации?

— Хотелось бы иметь такие регионы, но в настоящий момент ситуация достаточно серьезная практически во всех регионах Российской Федерации. Сужу я по классическому индексу распространения, который, увы, превышает единицу. Хотелось бы, чтобы он в летнее время был на уровне 0,7 и ниже, но он, к сожалению, по-прежнему больше единицы.

— Получается, жаркая погода и высокая инсоляция никак не влияют на замедление распространения коронавируса?

— Абсолютно никак. Если мы в прошлом году были склонны к тому, что все-таки коронавирусная инфекция будет сезонным заболеванием, появление нового штамма, новой мутации привело к тому, что мы имеем подъем в летнее время. Хотя, по сути, изначально было очевидно, что на вирус никак не влияет климатический погодный фактор, потому что в некоторых странах достаточно высокая температура на протяжении всех сезонов года, но не осталось ни одной страны, где не была бы зарегистрирована коронавирусная инфекция. В других регионах планеты температура супернизкая, а коронавирус все равно там регистрируется.

— Тогда скажите, пожалуйста, ждем ли мы нового антирекорда по ежедневно выявляемым случаям заражения?

— Я все-таки надеюсь на то, что ограничительные меры способны ограничить распространение инфекции, как это было, собственно, весной 2020 года. Когда приверженность к ношению масок, соблюдение социальной дистанции, использование санитайзеров — то, что уже стало для нас привычным, — будет в рутинной практике выполняться, это приведет к тому, что заболеваемость, бесспорно, снизится, но ключевую роль в снижении заболеваемости будет играть охват вакцинацией.

— Есть ли какие-то прогнозы по числу заразившихся? Какие цифры мы ожидаем, допустим, к концу лета? Будет ли рост заболеваемости наблюдаться в течение всего лета?

— Мне бы хотелось надеяться на то, что декабрьских рекордов (абсолютный максимум был зарегистрирован 24 декабря 2020 года, в России за сутки выявили 29 935 заразившихся коронавирусом — прим. ТАСС), которые отмечались в нашей стране, мы не достигнем. Повторяю, что ситуация достаточно серьезная, поэтому это требует от всех нас включиться в борьбу с коронавирусной инфекцией и не игнорировать общепринятые и доказавшие свою эффективность меры.

— Вы уже упомянули, что у нас появляются новые мутации. Распространяется ли у нас штамм «дельта плюс»? Заражаются ли им люди, и есть ли угроза вытеснения им мутации «дельта»?

— На самом деле, говоря о мутации «дельта», мы знаем три ключевых линии. В Российской Федерации это классический индийский штамм, и единичные случаи описаны официальной регистрации «дельта плюс». Мы живем в той стране, которая прицельно следит за распространением многих респираторных вирусов, и коронавирус — это не исключение. Поэтому создан единый информационный банк, куда помещаются все генотипы циркулирующих штаммов, головное учреждение — это Центральный институт эпидемиологии, где распоряжением премьер-министра Российской Федерации от марта этого года создан банк, который ассоциирует сведения по циркулирующим генотипам в России, он также интегрирован в международное информационное пространство.

— Если говорить об индийской мутации, заражаются ли ею дети? Есть ли какие-то специфические симптомы?

— Специфических симптомов, увы, нет. Появляются данные о том, что у кого-то отмечаются с той или иной толикой поражения желудочно-кишечного тракта, но они были и весной. Мы знаем, что у 2% детей отмечалось изолированное поражение только желудочно-кишечного тракта и у 29% взрослых отмечалось поражение желудочно-кишечного и респираторного тракта. К сожалению, применительно к индийскому штамму мы можем сказать, что инфекция помолодела. Сейчас основная целевая аудитория, которая встречается или попадает в стационары, — это 14–29 лет. Если мы говорили весной, осенью прошлого года, что женщины старше 45 лет, а мужчины от 30 до 40 лет наиболее часто болели коронавирусной инфекцией, в настоящий момент отмечается максимум регистраций в этой возрастной категории. Хотя повторюсь, что и в других возрастных категориях, к сожалению, также отмечается регистрация достаточно частая заболеваемости коронавирусной инфекцией, обусловленная индийским штаммом.

— Есть ли сведения, как болеет молодежь? Протекает ли у них заболевание все еще легче, чем у других возрастных категорий?

— К сожалению, все опять поменялось. Тот тренд и, может быть, надежда на то, что я молодой, перенесу коронавирусную инфекцию в малосимптомной или бессимптомной форме, в настоящий момент не оправдывается, потому что вирус более контагиозен, обладает большей скоростью распространения в человеческом организме и вызывает большую тяжесть течения заболевания. Повторяю, что особое беспокойство вызывает именно эта возрастная категория, и, да, число лиц от 14 до 29 лет — более частые пациенты стационаров и, к сожалению, отделений реанимации.

— Если говорить о распространении новых мутаций, сейчас появляются сведения о перуанском штамме, о тайском штамме коронавируса. Известны ли они нам, есть ли они в России и есть ли угроза, что они у нас появятся?

— Гарантии, что они у нас появятся, нет никакой. О том, что они существуют, мы абсолютно четко знаем, потому что, повторюсь, мы интегрированы в мировое пространство. Все, возвращающиеся из-за границы, подлежат обязательной процедуре сдачи мазка из носа и зева на ПЦР. Поэтому будем уверены, что и «лямбда», и перуанский, и чилийский штамм, и прочие, которые еще появятся, будут редкими гостями или совсем не появятся в нашей стране. Очень четкая система мониторинга, система, которая суммирована службой Роспотребнадзора, позволяет нам ограничить появление тех или иных штаммов. Классический пример: давайте вспомним, что весной (2020 года — прим. ТАСС), когда коронавирусная инфекция набирала свои обороты, закрытие китайской границы привело к тому, что штамм к нам пришел из Европы.

— Давайте поговорим о вакцинации. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков недавно заявил, что добиться вакцинации 60% взрослых россиян от коронавируса к осени не удастся, сроки будут сдвигаться. К какому моменту удастся этого добиться? И почему, собственно, не удастся к осени?

​​​— Вы знаете, если нам не удастся к сентябрю, то я не теряю надежды, что в октябре мы это совершим. Потому что в настоящий момент дефицита вакцинных препаратов нет. Мы — единственная страна, где доктор, я подчеркиваю, доктор может предложить пациенту три абсолютно разные вакцины. И это важно в той ситуации, если у человека есть какие-то противопоказания или аллергические реакции. Но повторяю, что вакцинация здесь и сейчас — это ключевой лозунг. Мы должны прежде всего осознать, что альтернативы для того, чтобы защитить свое здоровье или даже жизнь, нет. Мир идет по этому пути. Классическим примером является Исландия, где привито 90% населения, три недели ни одного случая заражения, отменены все ограничительные мероприятия, в том числе и ношение масок. Они вернулись к доковидной жизни. Темпы регистрации заболевания в Израиле, Индонезии говорят нам о том, что вакцинация — это самая действенная и эффективная мера, которая позволяет нам не не заболеть, — мы говорим честно, что легкие формы заболевания могут быть, — а именно не попасть в реанимацию, не иметь тяжелые последствия и преодолеть вот этот негативный лонг-ковид или постковидный синдром, который, как ни странно, регистрируется даже при легкой и малосимптомной формах заболевания.

Человек, по сути, на полгода, а иногда и больше, полгода — 180 дней — это период наблюдения, теряет способность заниматься привычной работой: у него либо бессонница, либо мышечные или головные боли, спектр самый разнообразный. В настоящий момент описано только 15 психиатрических и неврологических диагнозов: мозг страдает достаточно часто. Самое главное, что это происходит и у детей. Мне очень импонирует шведское исследование, весной и осенью прошлого года мы апеллировали в основном к Швеции, потому что у них были иные ограничительные мероприятия, чем у всей планеты Земля. Выяснилось, что длительный ковид отмечается у 30% детей, которые перенесли различные формы заболевания этой инфекцией.

— Когда даст результаты обязательная для некоторых категорий граждан вакцинация от коронавируса, введенная в ряде регионов?

​​​​​— Здесь мы с вами четко уверены должны быть, потому что максимальное количество или условно защитные титры антител вырабатываются с 42-го дня от введения первой дозы при условии, что проведено двухдозовое введение вакцины. С 42-го дня можно более спокойно относиться к окружающему миру, но при этом не снимать маски. Напомню, и вакцинированные болеют чаще всего легкими и бессимптомными формами, они могут быть источником инфекции для окружающих, поэтому вакцинация помогает защитить не только себя, но и окружающих. Еще один не менее важный момент: для того чтобы мы с вами не боялись ни, условно, «индусов», ни «перуанцев», ни британских штаммов, нужно помнить, что коронавирус мутирует только не в иммунном организме. По мере того как будет создаваться коллективный иммунитет, базисный иммунитет, коронавирусу мутировать будет все сложнее и сложнее. Таким образом мы прежде всего обезопасим себя от последующего подъема заболеваемости коронавирусной инфекцией.

— Александр Васильевич, вы не могли бы напомнить, что делать в случае, если человек пошел на вакцинацию, привился первой дозой и заболел? Нужно ли ему подождать выздоровления и привиться второй дозой, или же потом придется заново проходить полный курс вакцинации?

— В той ситуации, если человек заболел, а мы помним, что 250 респираторных вирусов, которые были до коронавируса, никуда не ушли, они рядом с нами, и между введением двух доз вакцины нужно максимально позаботиться о своем здоровье, потому что мы имитируем, по сути, легкий или ослабленный инфекционный процесс, поэтому важно провести исследование, что у вас. Если вы перенесли коронавирусную инфекцию, повторное введение не проводится. Если вы перенесли острую респираторную инфекцию, то через две-три недели после того, как у вас исчезнут симптомы респираторной инфекции, вы должны продолжить вакцинацию. Собственно, весь мир допускает разрыв между введением вакцины до шести недель.

— То есть если человек заразился именно коронавирусной инфекцией после первой дозы, то вторая ему не нужна?

— Вторая доза ему не нужна, он должен быть ревакцинирован через шесть месяцев после документированного случая коронавирусной инфекции.

— Готовимся ли мы к эпидемическому сезону по гриппу этой осенью? Получили ли информацию от ВОЗ о штаммах, которые мы ожидаем в новом сезоне, и вообще готовы ли мы?

— Грипп — достаточно серьезная инфекция, и не опасаться сочетания гриппа и коронавирусной инфекции по меньшей мере наивно. Повторяю, что ВОЗ в прошлом году применительно к гриппу рекомендовала постепенный переход к 2025 году на четырехкомпонентные вакцины для того, чтобы максимально снизить риск встречи с этой инфекцией. Понятно, что сезонная вакцинальная кампания этого года должна предусматривать вакцинацию от гриппа, и я бы добавил, у лиц после 60 лет — от пневмококковой инфекции для того, чтобы риски иметь негативные последствия любых респираторных инфекций были минимальны.

Будь то классический грипп, будь то пневмококковая пневмония, которая не сходит с повестки дня, это достаточно серьезное заболевание, распространенное у детей до года и у лиц старше 60 лет. Коронавирусная инфекция никуда не отступила. Время достаточно серьезное, поэтому вакцинопрофилактику нужно продолжать. Как, впрочем, если мы говорим о том, что прошло десять лет после вакцинации от кори, нужно подумать о том, не следует ли сделать прививку. Важно помнить, что вакцинация в настоящий момент может проводиться либо в один день, либо с интервалом в 30 дней от одного введения до другого.

— Может быть, есть уже утвержденный процент охвата населения вакцинацией от гриппа в этом году?

— Традиционно лучший результат мы имеем, когда охват составляет от 60 до 70%. Прошлый год показал нашу обеспокоенность и готовность вакцинироваться. Именно когда в Российской Федерации было привито около 70% населения, 19 млн детей, мы имели единичные случаи гриппа. Поверьте, никто бы не хотел встретиться одномоментно с вирусом гриппа и с коронавирусом.

Беседовала Виктория Скутина

Источник: https://tass.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *